О памятнике Воину-освободителю в Берлине

15875571861587557187

Георгий Рублёв

ПАМЯТНИК

Это было в мае, на рассвете.
Нарастал у стен рейхстага бой.
Девочку немецкую заметил
Наш солдат на пыльной мостовой.
У столба, дрожа, она стояла,
В голубых глазах застыл испуг.
И куски свистящего металла
Смерть и муки сеяли вокруг.
Тут он вспомнил, как прощаясь летом
Он свою дочурку целовал.
Может быть отец девчонки этой
Дочь его родную расстрелял.

Но тогда, в Берлине, под обстрелом
Полз боец, и телом заслоня
Девочку в коротком платье белом
Осторожно вынес из огня.
И, погладив ласковой ладонью,
Он её на землю опустил.
Говорят, что утром маршал Конев
Сталину об этом доложил.

Скольким детям возвратили детство,
Подарили радость и весну
Рядовые Армии Советской
Люди, победившие войну!

И в Берлине, в праздничную дату,
Был воздвигнут, чтоб стоять века,
Памятник Советскому солдату
С девочкой спасенной на руках.

Он стоит, как символ нашей славы,
Как маяк, светящийся во мгле.
Это он, солдат моей державы,
Охраняет мир на всей земле.

 

«Это трогательное и незабываемое стихотворение было написано поэтом Георгием Рублевым под впечатлением реального подвига сержанта Николая Масалова, который был им совершен на кануне Великой Победы.

30 апреля 1945 года старший сержант Николай Масалов, рискуя своей жизнью, вынес из-под огня немецкую девочку, что стало сюжетом памятника Воину-освободителю в Берлине

Монумент в берлинском Трептов-парке широко известен не только в нашей стране и не только в Германии. Но не все знают, что идею памятника подсказала реальная история, которая произошла в самом конце войны в Тиргартене — одном из центральных районов германской столицы.

Случилось это во время боев за взятие Берлина. Солдаты 79-й гвардейской стрелковой дивизии в составе 8-й гвардейской армии генерал-полковника Василия Ивановича Чуйкова вышли к каналу, за которым находились укрепленные вражеские позиции, защищавшие ставку Гитлера и главный узел связи немецко-фашистских войск. В своих послевоенных воспоминаниях ставший маршалом Советского Союза В.И. Чуйков писал об этом месте, что «мосты и подступы к ним густо заминированы и плотно прикрыты огнем пулеметов».

Незадолго до решающей атаки воцарилась тишина. И вдруг в этой тишине прозвучал плач ребенка, который звал свою маму. Детский крик услышал знаменосец полка старший сержант Николай Масалов. Чтобы добраться до ребенка, нужно было пересечь площадь, нашпигованную минами и сплошь простреливаемую из пушек и пулеметов. Но смертельная опасность не остановила Масалова. Он обратился к командиру с просьбой разрешить ему спасти малыша. И вот гвардии сержант пополз, укрываясь от осколков и пуль, и, наконец, добрался до ребенка. Николай Иванович Масалов впоследствии вспоминал: «Под мостом я увидел трехлетнюю девочку, сидевшую возле убитой матери. У малышки были светлые, чуть курчавившиеся у лба волосы. Она все теребила мать за поясок и звала: "Муттер, муттер!". Раздумывать тут некогда. Я девочку в охапку — и обратно. А она как заголосит! Я ее на ходу и так, и эдак уговариваю: помолчи, мол, а то откроешь меня. Тут и впрямь фашисты начали палить». Тогда Масалов громко сказал: «Внимание! Я с ребёнком. Прикройте меня огнем. Пулемет справа, на балконе дома с колоннами. Заткните ему глотку!..». И советские воины ответили шквальным огнем, а затем началась артподготовка. Под прикрытием этого огня сержант Масалов невредимым добрался до своих и передал спасенного ребенка в штаб полка.

Этот военный эпизод послужил прототипом всемирно известного монумента Вучетича в Трептов-парке в Берлине. Воина с опущенным мечом в одной руке и маленькой девочкой, которую он бережно поддерживает другой, стоит на постаменте, сам постамент — на зеленом холме, и кажется, что воин возвышается не только над площадкой, а взмывает над парком и всей страной.

А сам Н. И. Масалов так и прожил всю свою жизнь в родном поселке Тяжин Кемеровской области, хотя ему в свое время предлагали переехать на жительство в Германию, поскольку он был почетным гражданином Берлина. Последние годы Николай Иванович не поднимался с постели — давали о себе знать осколки немецких снарядов, оставшиеся в ногах и груди. Его единственная дочь Валентина почти еженедельно вызывала «скорую», но врачи не всесильны… В декабре 2001 года на 79- м году жизни он скончался и похоронен на местном кладбище. А в центре Тяжина еще при жизни солдата был установлен такой же памятник, как в Трептов-парке, только гораздо меньших размеров. И цветы возле него всегда есть. Живые.»